Глава 1

    — У тебя есть красота, — с расстановкой говорил мистер Морис Тарн, — у тебя есть молодость. Ты, вероятно, переживешь меня на много лет. Я не из тех, кто стал бы возражать против того, чтобы ты снова вышла замуж. Это было бы чистейшим эгоизмом, а я не эгоист. Когда я умру, тебе достанется большое состояние; пока я жив, ты будешь полностью пользоваться моим богатством. Может быть, ты никогда не смотрела на меня, как на возможного мужа, но нет ничего необычного в том, чтобы опекун женился на своей подопечной. А разница в нашем возрасте не является неодолимой преградой. Он говорил как человек, произносящий тщательно заученный текст. Эльза Марлоу была крайне изумлена. Если бы старомодный буфет сам по себе стал вверх дном, если бы Эльгин Кресент неожиданно переместился в окрестности Багдада, она бы меньше удивилась. Но Эльгин Кресент находился тут, в Бейзоутере, а в мрачной столовой дома Мориса Тарна все оставалось на месте. И здесь же был сам Морис Тарн, небритый, растрепанный человек пятидесяти шести лет. Он сидел напротив нее за столом, на котором стоял утренний завтрак. Его дрожащая рука, машинально теребившая седые усы, красноречиво напоминала о выпивке накануне (когда она заглянула утром в кабинет, на столе стояли три пустые бутылки). И он делал ей предложение… Она ошарашенно смотрела на него, широко раскрыв глаза и едва веря своим глазам и ушам. — Должно быть, ты думаешь, что я сошел с ума? — медленно продолжал он. — Я много думал над этим, Эльза. Твое сердце свободно, насколько я знаю. Нет решительно никаких препятствий, кроме разницы в нашем возрасте — почему бы этому не быть? — Но… но, мистер Тары, — пробормотала она. — Я вовсе не думала… Я не хочу выходить замуж за вас, я не хочу ни за кого выходить замуж. Это очень… очень любезно с вашей стороны и, конечно, я чувствую себя… — она с трудом выговорила это слово — польщенной. Но это слишком смешно… Он усталыми глазами следил за ней. Слово «смешно» ничуть не задело его. — Я уеду… куда нибудь. Я должен уехать из за… из за моего здоровья. С тех пор как майор Эмери вошел в дело, продолжать стало невозможно… — Ральф знает о том, что вы уезжаете? — спросила Эльза, в которой любопытство взяло верх над удивлением. — Нет! — он почти прокричал это слово. — Он не знает! Он не должен знать. Понимаешь, Эльза? Ральф ни под каким видом не должен знать! То, что я сказал тебе, совершенно конфиденциально. Обдумай мои слова… Жестом он показал, что разговор окончен. Она почувствовала большое облегчение. Целых десять минут она просидела, глядя в окно. Столовая мистера Мориса Тарна выходила в сад, общий для всех домов на Эльгин Кресент. Это не был сад в строгом смысле слова, а, вернее, поросшее травой пространство, перерезанное коричневыми дорожками. Больше всего его ценили родители очень маленьких детей. В этот час в саду было пусто. Бледно желтый солнечный свет, косыми лучами пробиваясь в большое окно, освещал угол стола и цветы на нем, которые, благодаря тому, что она передвинула стул, скрывали от ее глаз мистера Мориса Тарна.

Страницы: (141) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Тьфу, ей-богу!
     М. З.



Баюшки-баю



     Которые борются с алкоголем, те, конечно, надо полагать, сами не выпивают и по этой грустной причине в отделениях милиции не ночуют. И не знают, как там бывать.
     А чтоб узнать, как и что -- делают обследование.
     Вот Василеостровское общество, например, сделало такое обследование. Поглядело, как алкоголикам приходится.
     Поглядело и ужаснулось.
     И в газетах напечатало резкую отповедь. Дескать, которые алкоголики попадают в отделение, те ночуют на грязном полу, как сукины дети. Дескать, это нехорошо и так далее. Дескать, дома лучше и все такое.
     А мы совершенно поддерживаем эту отповедь.
     Пора алкоголикам за свои деньги спать на кроватях.
     Милиция, за вами слово. Установите в крайнем случае в своем аппарате порядочные кровати для вытрезвляющихся.
     Пущай мягкие пружины и матрацы навевают сладкий сон.
     Нехудо бы установить такие приличные кровати с балдахином.
     Такие кровати установят -- пожалуй, и отбою не будет от желающих алкоголиков.
     ГАВРИЛЫЧ


Берегите карманы



     Воровство, товарищи, это -- настоящий бич трудящихся граждан. Уже, знаете, на улице не моги высунуть из карманов руки. Уже не можно со свободной душой проехаться на трамвае,-- воруют. И не то что воруют только у нэпманов, воруют у каждого честного пролетария! А это всецело нарушает классовый принцип.
     Ныне мы предлагаем вниманию граждан несколько смелых проектов, которые смягчат создавшееся острое положение.
     1. Этот способ наиболее простой и дешевый. Когда дозволяет сезон, ложите в каждый карман по раку и этим самым вы будете застрахованы от неприятностей со стороны ближних...

Зощенко Михаил Михайлович   
«На краешке стола»