-- Речь идет о твоих книгах, Джон,-- сказал он.-- Плохо будет, если они попадут не в те руки. Равини говорил, что ты где-то запрятал около сотни книг.
     -- Равини? -- Старый Джон Флакк оскалил зубы.-- Слушайте, Симпсон! Что же вы думаете, вы будете всю жизнь меня держать в этом проклятом месте? Да?... Вы жестоко ошибаетесь. В одну прекрасную ночь я потихоньку исчезну -- можете доложить это начальнику, если хотите,-- и тогда я поговорю с Равини с глазу на глаз.
     Голос его сделался громким и пронзительным и знакомое Симпсону безумное пламя снова появилось в его глазах.
     -- Были ли у вас когда-нибудь сны наяву, Симпсон?... У меня их три. Я изобрел новый метод, как исчезнуть с миллионом. Это -- номер первый, но это еще не так важно. Номер второй касается Ридера. Я мечтаю о том, что я его встречу одного, в темную туманную ночь, когда полицейские не смогут разобрать, откуда доносятся крики. А мой третий сон -- это Равини. Но Георгу Равини везет -- он умрет прежде, чем я отсюда выйду.
     -- Ты с ума сошел! -- вырвалось у Симпсона.
     -- Поэтому я и здесь,-- рассудительно возразил Джон Флакк.
     Эти разговоры -- с инспектором и начальником тюрьмы -- были самыми длинными, которые он вел за все шесть лет своего пребывания в Бродмуре. Обыкновенно он или писал, или бродил по тюремному двору, опустив голову и заложив руки за спину. Иногда он подходил к определенному месту возле высокой ограды и, хотя это казалось очень неправдоподобным, поговаривали, что он перебрасывает записки. Более вероятным было то, что он нашел человека, который пересылал во внешний мир его многочисленные шифрованные письма, а оттуда приносил короткие ответы. Он подружился с надзирателем своего отделения, и однажды последний был найден с перерезанным горлом. Джон Флакк вернулся в мир, чтобы осуществить свои "сны наяву".

1

     Южный экспресс мчал молодую девушку Маргариту Бельман к узловой станции Сельфорд, откуда по узкоколейке она должна была отправиться в Сильтбури. В Сильтбури было свободно место секретарши с шестьюстами фунтами годового оклада. Такое место ей было совсем не по плечу, и вообще у нее не было никакого опыта в отельном деле и притязания ее были очень скромны. Она ни на секунду не воображала, что это место ей достанется, хотя, созвонившись с хозяином отеля, все же получила приглашение приехать для переговоров.
     Но не мысли об устройстве на новом месте занимали ее. Хорошенькое личико Маргариты Бельман омрачалось, когда она вспоминала о двух встречах, состоявшихся перед отъездом. Накануне, при встрече с мистером Ридером, она ему сообщила о том, что ищет место в деревне, а он, вместо того, чтобы высказать признаки огорчения, или хотя бы некоторого неудовольствия, явно обрадовался.

Страницы: (63) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Но не стану развлекаться их описанием. В общем-то ясно: я почувствовал страх или что-то в этом роде. Если я пойму хотя бы, чего я испугался, это уже будет шаг вперед. Занятно, что мне и в голову не приходит, что я сошел с ума, наоборот, я отчетливо сознаю, что я в полном рассудке: перемены касаются окружающего мира. Но мне хотелось бы в этом убедиться.

10 часов 30 минут(_4)

В конце концов, может, это и впрямь был легкий приступ безумия. От него не осталось и следа. Сегодня странные ощущения прошлой недели кажутся мне просто смешными, я не в состоянии их понять. Нынче вечером я прекрасно вписываюсь в окружающий мир, не хуже любого добропорядочного буржуа. Вот мой номер в отеле, окнами на северо-восток. Внизу -- улица Инвалидов Войны и стройплощадка нового вокзала. Из окна мне видны красные и белые рекламные огни кафе "Приют путейцев" на углу бульвара Виктора Нуара. Только что прибыл парижский поезд. Из старого здания вокзала выходят и разбредаются по улицам пассажиры. Я слышу шаги и голоса. Многие ждут последнего трамвая. Должно быть, они сбились унылой кучкой у газового фонаря под самым моим окном. Придется им постоять еще несколько минут -- трамвай придет не раньше чем в десять сорок пять. Лишь бы только этой ночью не приехали коммивояжеры: мне так хочется спать, я уже так давно недосыпаю. Одну бы спокойную ночь, одну-единственную, и все снимет как рукой. Одиннадцать сорок пять, бояться больше нечего -- коммивояжеры были бы уже здесь. Разве что появится господин из Руана. Он является каждую неделю, ему оставляют второй номер на втором этаже -- тот, в котором биде. Он еще может притащиться, он частенько перед сном пропускает стаканчик в "Приюте путейцев". Впрочем, он не из шумных. Маленький, опрятный, с черными нафабренными усами и в парике. А вот и он. Когда я услышал, как он поднимается по лестнице, меня даже что-то кольнуло в сердце -- так успокоительно звучали его шаги: чего бояться в мире, где все идет заведенным порядком? По-моему, я выздоровел. А вот и трамвай, семерка. Маршрут: Бойня -- Большие доки. Он возвещает о своем прибытии громким лязгом железа. Потом отходит. До отказа набитый чемоданами и спящими детьми, он удаляется в сторону доков, к заводам, во мрак восточной части города...

Сартр Жан Поль (Sartre Jean-Paul Charles Aymard)   
«Тошнота»